Для начала, желающий избежать наказания заказчик приложил все усилия для того, чтобы дело из Киева было передано в Черкасскую областную прокуратуру. Там прокуроры знакомые, да и берут меньше. Кстати, черкасчан странно вели себя еще на тот момент, когда делом занимался Киев. Еще тогда, когда только убийцы «раскололись» и сообщили место, где они закопали труп Геннадия. В 11 часов утра следующего дня из Голосеевской прокуратуры следователь позвонил прокурору Золотоношского района Черкасской области и сообщил ему, что из Киева выехала группа, которая сопровождает убийц и что необходимо его присутствие при поиске трупа. Однако, прокурор Золотоношского района почему то дал команду своим подчиненным не выезжать на место преступления и не приехал туда сам. И только вечером, после звонка из областной прокуратуры прокурор приехал на место преступления. На месте уже была раскопана яма, на дне которой лежал труп Геннадия. Но, прокурор, почему то отказывался производить какие-либо следственные действия и собирался уехать с места преступления, оставив отца Геннадия одного над ямой, в которой лежал его сын. И лишь после очередного звонка из областной прокуратуры он начал исполнять свои служебные обязанности.
Дальше – больше. Дело передают следователю по особо важным делам Черкасской областной прокуратуры Бондарю Ю.Л. Скорее всего, именно к нему нашел нужный «подход» директор «Рубикона» Лукьянченко. Потому что Бондарь первым делом перевел в разряд свидетелей одного из участников убийства – зятя Лукьянченко и сотрудника милиции Кацубу и его водителя Когута. Они становятся просто свидетелями, несмотря на то, что Кацуба и Когут принимали непосредственное участие в похищении и убийстве Середы, а также представлялись работниками милиции, совершая это преступление. И несмотря на то, что это похищение, пытки и убийство было осуществлено по приказу и за деньги Лукьянченко. Затем, Бондарь переквалифицирует дело со статьи об умышленном убийстве на статьи о незаконном лишении свободы и незаконном завладении автотранспортным средством. Аргументация Бондаря заключалась в том, что данные судмедэкспертизы (посчитавшей, что переломы позвонков и ребер и многочисленные кровоподтеки от ударов не могут являться причиной смерти) не свидетельствуют о том, что Середа умер от побоев. Возможно, по мнению следователя, он умер естественной смертью. Например, у него не выдержало сердце, после того, как через сутки с него сняли наручники. А исходя из этого, дескать факта умышленного убийства нет. Согласитесь, что подобная следственная логика должна быть хорошо аргументирована вечнозелеными денежными знаками? Кстати, не исключено, что судмедэкспертиза тоже была обильно «подмазана». Потому что, если в заключении судмедэксперт охарактеризовал повреждения на трупе (в том числе и переломы позвонков) как телесные повреждения средней тяжести, то на суде он уже что-то мямлил о том, что в принципе и эти повреждения могли привести к смерти. И вообще, дескать, труп уже подвергся серьезному разложению и потому невозможно оценить состояние сердечно-сусудистой системы. Может у покойного сердце было слабое и он просто от инфаркта скончался. Ну да, магнитная буря была, наверное. А то, что у трупа на одной руке были вырваны ногти, это так, случайно где-то зацепился. И то что, на животе у покойного было обнаружено восемь отверстий – тоже ерунда. А на шее – синяк от веревки, может это от галстука след остался?
Но вернемся к следствию. Заказчика преступления отмазывали тоже весьма старательно. По материалам дела было видно, что Лукьянченко лично занимался вопросом исчезновения товара, лично обещал вознаграждение Кондратьеву в размере 5 тысяч долларов и лично давал указания найти преступника и вернуть деньги. Но по мнению следователя «собранным доказательствам противоречит незнание Лукьянченко о цели поездки Кондратьева, его цели и действиях. Хотя этому противоречат показания многих сотрудников «Рубикона», заявлявших о том, что Лукьянченко держал на контроле дело о сухом молоке и подключал к нему некоего менеджера КОЛЕСНИКОВА, который даже не был допрошен следователем. Следователь также не нашел оснований признать фирму «Рубикон» гражданским ответчиком на основании ст 441 Гражданского кодекса Украины, которая предусматривает ответственность организации за вред, причиненный по вине ее сотрудников.
30 января 2004 года судьей Золотоношского районного суда Матвиенко при участии прокурора отдела Черкасской областной прокуратуры Ильина было проведено предварительное рассмотрение дела. Прокуратура и суд проявили удивительное единодушие и признали, что речи об умышленном убийстве идти не может, почему-то нет признаков и самовольного присвоения властных полномочий в действиях Кондратьева, Кацубы и Когута. Относительно же заказчика преступления Лукьянченко как прокурор так и судья сошлись на том, что «оценку его действиям давать не следуеть, так как он инициировал поиск и обещал вознаграждение ЗА ЗАЩИТУ СВОИХ ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ! В принципе, очень многие заказные убийства можно трактовать как защиту своих законных интересов. Но тогда нам явно пора менять наш уголовный кодекс. В результате всего этого следственно-судебного фарса осуждены были только трое. Бывший мент Кондратьев получил 6 лет лишения свободы, уголовники Ковалев и Товстохатько 6 и 8 лет лишения свободы. И это за похищение человека, его пытки и убийство. В составе группы, в которую входили бывшие и действующие работники милиции. Сейчас родители Середы подали апелляционную жалобу на это решение суда, но где уверенность, что Лукьянченко не заплатит и в апелляционном суде? Тем более, если дело будет опять рассматриваться в Черкасской области.
Подведем итоги.Группа лиц, включающая в себя действующих и бывших сотрудников милиции, а также ранее судимых и находящихся в розыске лиц, по заказу руководителя частного предприятия Лукьянченко и за обещанное им вознаграждение, используя технические возможности государственных органов, а также удостоверения сотрудников милиции похитили гражданина Середу и его автомобиль. Затем гражданина Середу в течение суток пытали, а затем убили, а труп закопали. В результате понесли наказание (несоответствующее серьезности содеянного преступления) лишь трое исполнителей. Как минимум трое участников преступления, в том числе и заказчик, остались на свободе. В результате расследования и суда над убийцами Георгия Гонгадзе, скорее всего понесут наказание также лишь трое исполнителей. В обоих убийствах принимали учатие сотрудники милиции. Заказчики убийства останутся на свободе. И подобных схем в Украине осуществляется весьма много.
Выводы. Помимо общих проблем коррумпированности украинской судебной и правоохранительной системы необходимо говорить о том, что участие в криминале бывших и действующих сотрудников милиции стало уже правилом, а не исключением. Практически во всех резонансных делах замешаны «бывшие» или действующие. В менее резонансных «служивых» не меньше. Предположим, что с преступностью в среде действующих сотрудников милиции занимается Департамент внутренней безопасности. Но кто занимается «бывшими»? Учитывая, что «бывшие» как правило обладают теми же возможностями и методами, что и действующие. То есть, возможностью мониторинга телефонных переговоров, способностью осуществлять наружное наблюдение и прочими небезопасными возможностями и навыками. Кстати, армия «бывших» весьма и весьма внушительна. И многие из них отнюдь не безобидные старички. Тот же Кондратьев уволился из милиции в звании капитана и довольно молод. И, как показала практика, опасен. Отбывшие наказание граждане остаются на учете у правоохранительных органов практически на всю жизнь. Но кто учитывает самих «бывших»? Которые часто куда опаснее матерых уголовников. Похоже, что эту проблему уже нужно решать в государственном масштабе. Вероятно, необходимо также корректировать наше законодательство в сфере криминальной ответственности за предумышленные убийства. Потому что каждый избежавший наказания «заказчик» является примером для подражания других любителей «простых» и окончательных решений любых вопросов. Политических, бизнесовых или бытовых. Это видно по хронике заказных и как правило, нераскрываемых убийств, которые опять захлестывают Украину. В нашей стране формально отменена смертная казнь. Но на деле она широко применяется. Но не по приговору суда, а по «заказу». И появляется неприятное чувство, что власть «заказов» в нашей стране уже сильнее власти судебной.
Станислав Речинский, «ОРД»
